Dec. 2nd, 2010

Друг

Dec. 2nd, 2010 03:35 pm
bormental_r: (Default)

Он пришел к нам в четвертом классе, щуплый мальчик с порочным взрослым лицом. Он был старше нас, потому что октябрьский, а октябрьские шли в школу восьмилетками, да еще год потерял, когда валялся в санатории с ревматизмом. Среди нас, десятилеток, он, двенадцатилетний, был самым взрослым. И самым циничным, как все больные дети. И самым умным.

Мы подружились сразу же и навсегда.

Потому что я тоже считал себя умным, но Юрка был не только умным, он был еще оригинальным, а я был балованый домашний ребенок, воспитанный на книжках, поэтому весь мой ум был оттуда. А у него – из долгих размышлений прикованного к постели мальчика, когда нельзя ничего делать, можно только думать.

Понятно, что все мальчишки класса смотрели на него, взрослого и опытного, с восхищением, а девочки конечно же моментально влюблялись, потому что девочки развиваются быстрее и вообще всегда взрослее сверстников. А Юра был еще и старше.

И был красив. Порочной злой красотой. И этот взгляд, ироничный, насмешливый, острый из специально прищуренных глаз, как будто он видел то, чего нам, младенцам, увидеть не дано. А может и вправду видел.

В нашей дружбе он был ведущим, а я – ведомым. Это было естественно и само собой разумеющимся. Он вообще мгновенно стал лидером в классе. То, что называется, неформальным, потому что никогда не был ни звеньевым, ни каким-нибудь там старостой, прости Господи. Просто лидер, которого все слушались, на которого смотрели и ждали его решения, прежде, чем наш, удивительно дружный класс, примет решение коллективное.

Он был вечным заводилой и каким-то совершенно неутомимым выдумщиком. Фантазия его была не столько безгранична, сколько непредсказуема. Никогда нельзя было знать, что он выкинет в следующий момент, какую каверзу устроит, какую игру придумает, будучи при этом совершенно бесстрашным, из-за чего мы с ним неоднократно получали по лицу. Он, в отличие от меня, временами холодеющего и цепенеющего, ничего не боялся. И меня в конце концов к этому приучил.

Он был настолько вторым "я", что когда я смотрел "Бойцовский клуб" (книгу я прочитал позже), то я прекрасно понимал раздвоение главного героя. Такими мы и были. Я был таким же, как герой Нортона, он – заводилой и выдумщиком как герой Бреда Питта.

Он многому меня научил. У него никогда не было проблем с девочками, успех у них он и имел, и им, естественно, пользовался. Мне было сложнее, не было его легкости, не было его шарма и его налета порочности и цинизма, который так нравится приличным девочкам из хороших семей.

И когда я переживал очередное фиаско, он сказал:

- С твоими внешними данными ты не сможешь сразу же очаровать и влюбить. Тебе не этим нужно брать. Ты  - остроумный, а девочки это любят. Не грузи их, с тобой должно быть легко. И бери их тем, что ты умеешь лучше всего: болтовней и красивыми байками. 

И вы знаете, стало как-то легче. Прав он оказался, ох, прав.

С ним было очень весело знакомиться с девушками на улице. Мы могли подойти к любой из них, разыграть какую-то сценку, на полной импровизации, нести околесицу, подхватывая один другого, нам не нужны были сценарии, мы их выдумывали на ходу, не сговариваясь, потому что чувствовали и мыслили практически одинаково. Не скучно одинаково – а весело одинаково.

И самые красивые девочки уходили с ним, а мне оставались их подружки, взятые, чтобы оттенить красоту. Но это было справедливо.

Когда-то он сказал, что истинное испытание нашей дружбы случится, когда между нами встанет женщина.

Так и произошло.

Девушка, в которую я был влюблен, ушла к нему. Естественно. Сколько можно было ходить по кино, шляться по улицам или торчать друг у друга, когда родителей не было дома? Поэтому мы чуть ли не каждый день таскались к нему и сидели там втроем, о чем-то бесконечно болтая. И всем было весело и интересно.

А потом они пришли ко мне и честно сказали, что любят друг друга. Поступок, кстати. Но я его по молодости тогда не оценил и надулся. Считал, что меня, Чайльд-Гарольда этакого, все предали, жизнь кончена и никому в этом мире веры нет. И так вот гордо отправился в колхоз на картошку, посланный туда как только что поступивший первокурсник.

Он приехал ко мне за 350 километров, в эту чертову деревню Приданниково, чтобы поставить точки над "и". И вышел там комичный эпизод. Отзывчивая кореянка Ним, слыша, как я кашляю, буквально разрывая легкие, решила меня вылечить. Тайно. Ночью. Потому что днем у меня на эти глупости времени не было. Лучшее народное средство, как известно, горчичники на пятки. Поэтому Ним  подготовилась и бодрствовала, дожидаясь пока мы все, спящие вповалку, отрубимся.

А наутро Юрка осторожно спросил:

- Слушай, а Ним – она нормальная?

-  Вроде, да. А что?

- Да так… - он помолчал. – Ночью чувствую кто-то с меня сапоги стаскивает. Я было дернулся, а она на меня как шикнет: "Тихо!". Я и притих. А потом носки стянула… И что-то мокрое и липкое мне к пяткам прижала…

Истерика. Перепутала, бывает.

Кстати, с той девушкой они прожили вместе больше 30 лет.  

Потом он уехал к отцу в Липецк. Приезжал в отпуск, а я мотался туда, когда удавалось. С радостью несся в командировки в Липецк, если такие выпадали. Редко, но выпадали. Они с Иркой приезжали в Москву и единственные фотографии с моей премьеры  в Белом зале Дома Кино сделаны им.

А у каждого свои дела, я вообще уже 20 лет живу в Израиле. Редко-редко перезванивались, да редко-редко переписывались.

 

А вчера ночью Юрка умер.

Profile

bormental_r: (Default)
bormental_r

March 2011

S M T W T F S
  12345
6 789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Page Summary

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 23rd, 2017 12:43 am
Powered by Dreamwidth Studios